сегодня  +9  завтра    +8 
Курсы валют: 56.76 € 63.67

История


Щелыково



Щелыково — деревня в Костромской области, в 120 км от Костромы и в 15 км от реки Волги и города Кинешмы.

Исторически знаменито тем, что именно здесь жил, работал, написал множество своих пьес Александр Николаевич Островский. Здесь же он умер и похоронен на погосте церкви Николо-Бережки.

В доме Островского («Старый дом»), прекрасно сохранившемся, теперь музей драматурга.

После смерти Островского, Щелыково стало местом своеобразного культурного паломничества театральных деятелей, прежде всего — из Малого театра, символом которого драматург является до сих пор. Актеры Малого проводили лето в домах и пристройках имения драматурга, в близлежащих деревнях. С 1928 года Щелыково официально становится Домом отдыха Малого театра. Его подсобное хозяйство даже в самые тяжелые военные годы снабжало театр продуктами питания — мясом, молоком, сметаной.

В 1970-х годах в Щелыкове был построен Дом творчества ВТО (Всероссийского театрального общества, ныне — СТД): три современных по тем временам корпуса (получивших названия по именам героев Островского «Мизгирь», «Снегурочка» и «Берендей»), столовая с клубом. Они до сих пор функционируют и как санаторий, и как пионерский лагерь, и как дом творчества.

Одно из главных достоинств Щелыкова, не считая восхитительной, ни с чем не сравнимой природы, — это сообщество щелыковцев, своеобразная коммуна людей, влюбленных в это место и старающихся проводить в нем свои летние отпуска. Часть из них покупает путевки в дом творчества (на местном сленге они называются «отдыханцы»), другие купили или построили дома в окрестных деревнях — Лодыгино, Лобаново, Дорофеево, Фомицыно, Рыжевке1 и других. Большинство из них по-прежнему связаны с театром, или потомки театральных семей. Щелыково как место отдыха предпочитали и предпочитают множество российских театральных и кинозвезд.

У щелыковцев множество легенд, привычек, традиций. Одна из них — это ежегодное празднование «Аркадиады», праздника, возникшего как празднование дня рождения одного из основателей щелыковского стиля жизни — актера Малого театра Аркадия Ивановича Смирнова, но даже после его смерти оставшийся важной датой, своеобразным эмоциональным пиком лета. Ежегодно 14 августа проводятся детские соревнования, шутливые футбольные матчи, сражения в волейбол, теннис, бадминтон, иногда — в преферанс и кинга. Вечером проводится щелыковский капустник, и после него, если позволяет погода, — ночной костер в каком-либо из живописных щелыковских мест.

Сегодня в Щелыкове функционирует уже несколько музеев, сюда приезжают регулярные автобусные экскурсии из Костромы, Иванова, Нижнего Новгорода, Москвы. Этот сайт мы создали в том числе и для того, чтобы привлечь внимание ткристов к Щелыкову, его музеям и красотам. Но прежде всего — это виртуальный клуб щелыковцев, место их общения в те грустные месяцы, когда они вынуждены жить и работать далеко друг от друга и излюбленных костромских лесов. Поэтому на нашем сайте есть как общедоступные разделы, так и скрытые — только «для своих». У нас нет цели привлекать к Щелыкову новых адептов, но если вы как-нибудь приедете к нам в гости и вам понравится — милости просим.

Примечание 1: «Рыжевка» — так щелыковцы по привычке и результатам проведенного общещелыковского интернет-референдума называют деревню на крутом берегу реки Меры, официально именуемую «Рыжовкой».

История усадьбы

До Островских хозяином усадьбы был генерал-майор Ф. М. Кутузов — костромской предводитель дворянства (1788—1800). В Щелыковском поместье Кутузова находилось 40 крестьянских дворов, 107 мужских ревизских душ, в самой усадьбе было более полусотни (59) дворовых. Есть основание предполагать, что Кутузовы строили Щелыково, не жалея средств, как центральную усадьбу крупнопоместного владения, возводя в ней каменные здания. Косвенным свидетельством этому является и церковь Николы на Бережках. Эту необычную и замечательную в архитектурном и живописном плане церковь мог построить только очень богатый помещик. Легенда гласит, что поскульку жена Кутузова была католичкой, в церкви два этажа и два придела: нижний — православный, верхний — католический. И в архитектуре церкви причудливо сливаются стили этих двух конфессий.

Версия о том, что существовал большой каменный дом, располагавшийся в другом месте усадьбы, но погибший от пожара имеет косвенные подтверждения. В верхнем парке Щелыкова рядом с двухэтажной беседкой сохранилась россыпь старинного кирпича, следы оснований больших колонн. Да и вряд ли «старый» деревянный щелыковский дом мог удовлетворять Кутузовых в качестве их главного дома поры расцвета их материального благосостояния. Ведь он типичен для небогатого среднепоместного дворянства. Возможно, он был построен как временный, но в силу круто изменившихся обстоятельств кутузовской семьи стал постоянным.

Усадьба Щелыково была куплена отцом драматурга Н. Ф. Островским. Николай Федорович родился в Костроме 6 мая 1796 года в семье священника. Он окончил Костромскую духовную семинарию, а затем Московскую духовную академию. Не имея призвания к церковной деятельности, Николай Федорович вышел в гражданское сословие, начал служить в качестве чиновника по судебному ведомству и успешно совмещал свою службу в московских судебных учреждениях с частной адвокатской практикой, приносившей ему достаточные средства. Популярность энергичного, образованного, талантливого адвоката дала ему возможность в 1841 году оставить государственную службу и отдаться только частным занятиям.

В 40-е годы Н. Ф. Островский был председателем нескольких крупных конкурсов — низших судебных инстанций Коммерческого суда, разбиравших дела несостоятельных должников, купцов-банкротов. В самом начале 40-х годов Николай Федорович владел в Москве семью домами. Вероятнее всего, он и в дальнейшем вкладывал бы свой растущий капитал в доходные дома. Но его второй жене, баронессе Эмилии Андреевне фон Тесин, на которой он женился в 1863 году (первая его жена умерла в 1831 году), адвокатский быт был не по душе. Ей претили постоянно толпившиеся в их доме клиенты мужа — мещане и купцы. Да и начавшиеся недомогания Николая Федоровича требовали более спокойного образа жизни.

Так у Н. Ф. Островского созрело решение оставить адвокатскую практику и заняться сельским хозяйством. С 1846 года он начал покупать с торгов поместья. Им было куплено четыре имения в Костромской и Нижегородской губерниях, в которых состояло 279 крепостных крестьян. Среди этих поместий самое большое — Щелыково. Оцененное становым приставом в 20820 рублей 30 копеек серебром и купленное Николаем Федоровичем 28 июля 1847 года за 15010 рублей, оно находилось в Кинешемском уезде Костромской губернии. Во всех селениях этого имения было налицо 111 ревизских мужских душ.

В Щелыкове кроме главного дома было три флигеля, в которых размещались дворовые люди. В хорошей сохранности оказались и все необходимые подсобные помещения: большой каменный конный двор, двухэтажный амбар, кормовой сарай, мякинник, три погреба, баня, каменная кузница и т. д. Не располагая наличными средствами для оплаты всех поместий, Николай Федорович после покупки каждого имения занимал под него деньги в сохранной казне по обязательству на 37 лет. В общей сложности им было занято под все имения 15540 рублей.

Возвратившись в 1847 году из только что приобретенного им сельца Щелыкова, Николай Федорович с увлечением рассказывал о нем своим детям. Его рассказы захватили всех и в особенности старшего сына Александра Николаевича. Александру Николаевичу захотелось побывать в этом самом имении отца как можно скорее. И когда в апреле 1848 года вся семья, кроме брата Михаила, собиралась в усадьбу, он подал в Коммерческий суд, где тогда служил, прошение об отпуске на 28 дней для поездки «по домашним обстоятельствам в Костромскую губернию». Получив отпуск и паспорт, драматург 23 апреля вместе со своим отцом пустился в путь. Ехали на лошадях в трех каретах.

Александру Николаевичу так понравилось Щелыково, что он вместо положенных там 28 дней отпуска прожил там до осени и был навсегда очарован красотой и привольем усадьбы, великолепием ее окрестностей. Островский впервые приехал в Щелыково во второй половине дня 1 мая 1848 года. Вечером следующего дня он уже вносил в дневник свои непосредственные впечатления. «С первого разу, — записал Александр Николаевич, — оно мне не понравилось… Нынче поутру ходили осматривать места для дичи. Места удивительные. Дичи пропасть. Щелыково мне вчера не показалось, вероятно, потому, что я построил себе прежде в воображении свое Щелыково. Сегодня я рассмотрел его, и настоящее Щелыково настолько лучше воображаемого, насколько природа лучше мечты». Новая усадьба пришлась по душе всей семье Островских.

Весьма довольный купленным имением, Николай Федорович сделал его своей временной (летней), а потом, по-видимому с 1851 года, и постоянной резиденцией. Окончательно поселившись в Щелыкове, новоявленный помещик оформляется в качестве костромского дворянина. Николай Федорович стал помещиком, крепостником, не только юридически, а и по существу своих воззрений на жизнь. Вступив во владение Щелыковым, он энергично начал превращать имение в доходное коммерческое предприятие.

Чувствуя в связи с недомоганием приближение смерти, Николай Федорович в декабре 1852 года написал завещательное распоряжение, по которому Щелыково передавалось его жене Эмилии Андреевне Островской с детьми, рожденными от брака с нею. Детям от первого брака — Александру, Михаилу и Сергею — отдавалось небольшое имение в 30 душ в Солигаличском уезде Костромской губернии и два маленьких деревянных дома в Москве. В одном из этих домов проживал драматург.

Эмилия Андреевна Островская не смогла содержать хозяйство усадьбы на уровне, достигнутом его мужем. Из доходного, растущего поместья, каким оно было при Николае Федоровиче, Щелыково постепенно сокращалось и превращалось в запущенное. В 1858 году дворовых осталось всего 15, а в 1859 году владелица Щелыкова располагала лишь 9 дворовыми. Поместье явно находилось в глубоком упадке. Александр Николаевич и его брат Михаил Николаевич знали о том, что Эмилия Андреевна тяготилась имением. Переговоры братьев с мачехой завершились ее согласием продать усадьбу за 7357 рублей 50 копеек в рассрочку на три года.

Покупая в 1867 году имение, Александр Николаевич и Михаил Николаевич Островские мечтали о культурном преобразовании его хозяйства и в связи с этим возлагали на него большие надежды экономического характера. Начальный год хозяйствования в Щелыкове не принес радужных результатов. Но эти итоги не ослабили, а усилили их хозяйственную энергию. В первое время Александр Николаевич вникал во все детали хозяйства. По его инициативе ремонтировались старые и строились новые служебные помещения, удобрялась земля, покупались в Москве лучшие сорта семян пшеницы, а также травяных злаков, улучшалась порода скота, приобретались новые лошади, совершались посадки нового сада, строилась маслобойня и пр. Если полеводческое и животноводческое хозяйства приносили Александру Николаевичу лишь огорчения, то цветочное и огородное хозяйства радовали его, но они никогда не рассматривались как возможные статьи дохода.

Островский через всю жизнь пронес восторженную любовь к природе. Прожив в Щелыкове в 1848 году всего три дня, Островский 4 мая записал в своем дневнике: «Я начинаю чувствовать деревню. У нас зацвела черемуха, которой очень много подле дома, и восхитительный запах ее как-то короче знакомит меня с природой — это русский fleur d'orange. Я по нескольку часов упиваюсь благовонным воздухом сада. И тогда мне природа делается понятней, все мельчайшие подробности, которых бы прежде не заметил или счел бы лишними, теперь оживляются и просят воспроизведения…» Щелыково оказывало на драматурга действие благотворное и целительное. Чистейший ароматный воздух, тишина, девственная природа успокаивали нервы, оздоровляли тело, рассеивали тревоги и заботы.

Распорядок дня в Щелыково обычно был таков: в восемь-девять часов — утренний чай; в час-половина второго — обед; в четыре с половиной-пять — дневной чай; в восемь часов — ужин. Ложились рано — не позже десяти часов. Однако иногда этот порядок нарушался в зависимости от наличия гостей, задуманных дальних прогулок, пикников, поездок на рыбную ловлю на реку Меру и пр.

«В своей усадьбе Александр Николаевич ходил в русском костюме: в рубашке навыпуск, в шароварах, длинных сапогах, серой коротенькой поддевке и шляпе с широкими полями» (из воспоминаний К. В. Загорского).

Любимым развлечением в усадьбе были прогулки по окрестностям, охота, сбор грибов и ягод и рыбная ловля, где Александр Николаевич обнаруживал обширные знания и мастерство. Островский был страстным рыболовом: часто сидел с удочкой на реке Куекше у мельницы. А когда стал немолод, то предпочитал удить рыбу в пруду с островком, неподалеку от дома. Любимым занятием на отдыхе, кроме рыболовства, для него была резьба по дереву. Работал он в мезонине «нового дома», где был установлен токарный станок и специальный стол с тисками для выпиливания. Вырезанные им рамки для фотографий и другие предметы он щедро дарил друзьям.

Но и в Щелыкове Островский не мог себе позволить полного отдыха, творческой бездеятельности: и по потребностям писательского таланта, и по материальным соображениям. Благодаря заботам драматурга и его брата Михаила Николаевича щелыковская библиотека была очень солидной. Ее основой явилось книжное собрание Николая Федоровича. В 1868 году Михаил Николаевич прислал первую посылку книг в 11 пудов, а затем эти посылки стали систематическими. Пополнялась библиотека и самим драматургом. На ее полках можно было видеть книги по истории, по русскому быту, по сельскому хозяйству, огородничеству и садоводству, но первое место занимали русские и иностранные журналы, литературные альманахи и сборники. Щелыковская библиотека ярко свидетельствует о разносторонних интересах драматурга, о большой культуре владельце усадьбы.

Шли годы, здоровье писателя становилось все хуже, силы убывали, а работы прибавлялось. Росли дети, других средств существования, кроме доходов от пьес, не было. К желанию сделать как можно больше для русского театрального искусства прибавлялась постоянная нужда в деньгах, заставлявшая работать без отдыха как в Москве, так и в Щелыкове.

После тяжелой зимы 1875 года драматург писал А. А. Потехину: «У меня теперь только одна мечта: добраться как-нибудь до Кинешмы, чтобы если уж не восстановить, то хоть поддержать свежим весенним воздухом падающие силы.» В 1880 году — Н. Я. Соловьеву: «Здоровье мое… в незавидном положении. Одна надежда на Щелыково, только бы как-нибудь дотянуть до весны.» Щелыково в большинстве случаев оправдывало надежды. Как ни тяжела была работа, но жизнь в деревне, прогулки, рыбная ловля отвлекали от жизненных невзгод, восстанавливали силы. Но работы не убывало.

Щелыково в материальном отношении не оправдало тех надежд, которые возлагали на него братья Островские. Александр Николаевич, так усердно занимавшийся имением в первые годы после покупки его, охладел к этим занятиям и постепенно передал управление хозяйством своей жене Марии Васильевне. Со второй половины 70-х годов дела по имению полностью в руках его жены.

Известно, что Александру Николаевичу очень хотелось узаконить своих детей от гражданского брака с Марией Васильевной, но в то же время он долго не решался оформить этот брак. Любя своих детей, драматург не без колебаний связал свою судьбу с их матерью. После смерти Агафьи Ивановны, первой жены драматурга, прошло почти два года, прежде чем он решился на этот акт. Раздумья Островского кончились тем, что он официально церковно оформил свой гражданский брак с Марией Васильевной. Но при этом и через долгие годы она не достигла полного, безусловного расположения ни родных, ни ближайших друзей своего мужа.

В Щелыкове редко бывали дни, когда там жила только семья драматурга. Будучи человеком общительным и влюбленным в свою усадьбу, Островский настойчиво приглашал друзей в гости, а они охотно откликались на эти приглашения. Называя Щелыково «костромской Швейцарией», драматург говорил, что «лучшего уголка не сыщешь нигде, и удивлялся на людей, едущих за границу искать красот природы, когда их так много у нас дома». Для брата, совладельца усадьбы М. Н. Островского, был построен дом, впоследствии получивший название «гостевой», поскольку Михаил Николаевич приезжал в Щелыково нечасто, и в этом доме поселяли гостей. Дом этот в настоящее время не сохранился. Кроме родных братьев М. Н. Островского и С. Н. Островского, частыми гостями были также единокровные братья драматурга Андрей и Петр и единокровные сестры Надежда и Мария.

В дни именин хозяина усадьбы и членов его семьи парк украшался цветными фонарями. Около дома ставили световые плошки и зажигали ракеты. Освещенная усадьба в лесном мраке казалась сказочной. К этим дням приноравливались театральные постановки, на которые сходились жители близлежащих деревень. Спектакли ставились в сенном сарае на лугу, за прудом или в риге. В них принимали участие гости Щелыкова, Мария Васильевна, крестьяне и прислуга. Щелыковские спектакли неизменно пользовались большим успехом.


Материал подготовлен Натальей Кондриной.